16:07 

Очередное "музыкой навеяло"

34summer
Сложно наведенная галлюцинация
На "Дюмании" идет довольно гнусная сеча в одной из тем. Прочитала - прослезилась. Ну, не о том речь. Здесь - моя территория, и я здесь хозяйка. Потому не буду о неприятном.
Как-то все равно нехорошо на душе...

...Все, о чем он так мечтал втайне, состоялось очень быстро. И вышло совсем не так, как в мечтах.
Поединок закончился в его пользу. Иначе быть не могло – он не считал себя виноватым, он защищал свою честь. Но дуэль вновь проходила без свидетелей, без соблюдения необходимых правил.
Почти теряя сознание от боли, господин Арамис, мушкетер его величества, бежал по темным улицам, прижимая руку к груди. Рукав был противно липким и горячим. Голова кружилась, перед глазами все плыло.
Ночная стража не отставала – патруль попался настырный. Более того, по пути к преследователям присоединились встречные стражники. Пощады ждать не стоило. Надо же было ввязаться в поединок ровно через сутки после оглашения очередного королевского эдикта о запрещении дуэлей! Притом завершить дело так, чтобы неминуемо попасть под самую страшную его часть: убившему своего противника полагалась смертная казнь. К тому же дорогой покойничек был весьма дорог его высокопреосвященству.
Арамис надеялся только на то, что ни ссоры, ни дуэли никто не видел. Не было у них с виконтом повода для драки.
Вот только рана…
Неожиданно туман перед глазами прояснился на какие-то мгновения, и молодой человек обнаружил, что спасение находится в ста шагах от него. Если сейчас из переулка не выбегут преследователи – он спасен, ибо у него в кармане находится ключик от потайной калитки, искусно замаскированной в стене сада, примыкающего к особняку графа де Буа-Траси. Калитку в темноте не найдут: нужно точно знать, где именно она находится. Лишь бы его не выдали следы крови…
Сил у мушкетера оказалось куда больше, чем он сам предполагал. Он без особого труда открыл калитку, вновь затворил ее за собой, и без помех дошел до дома. С улицы неслись отчаянные крики и брань стражников, потерявших след своей жертвы.

Прекрасная графиня была одна в своей спальне. Она уже готовилась отойти ко сну, и отпустила камеристку. Звук открываемой потайной двери привел ее в смятение – Камилла никого нынче не ожидала. Да и кого ей было ждать? Муж находился в отлучке за пределами Парижа, а любовника у мадам де Буа-Траси не было. Не считать же за настоящие любовные отношения те две ночи, которые она провела со своим «ангелом-искусителем»!
Все было напрасно – и нежные уговоры, и тихие вздохи, и попытки тайком одарить его какой-то безделушкой. Отношения между графиней и мушкетером оставались на прежнем, дружеском уровне. Господин Арамис с завидным постоянством появлялся в доме Буа-Траси – беседовать с графом, на вечерние встречи в салоне Камиллы. Мальчишки в нем души не чаяли, и он нисколько не тяготился тем, что Арман, Франсуа и Мишель наперегонки неслись к нему каждый за своим: Арман с Франсуа – пригласить поиграть в мяч, потренироваться в фехтовальном зале или манеже, Мишель – забраться на колени и потребовать очередную волшебную историю. Сам граф то и дело приглашал своего молодого друга поговорить на разные темы, и мужчины с видимым удовольствием беседовали, уединившись то в библиотеке, то в кабинете. Зато госпожа графиня оказалась почти полностью лишена привилегии принимать шевалье в своем будуаре. Камилла с невольной грустью думала о том, что теперь они вряд ли будут по-прежнему непринужденно общаться.
Ключиками от калитки и от потайного хода, которые графиня вручила любимому, впервые провожая его рано утром из своей спальни, Арамис не воспользовался ни разу. Даже сейчас, когда Мари уже месяц отсутствовала в Париже…
Потому когда в дверном проеме появилась знакомая фигура, закутанная в длинный плащ, молодая женщина тихо ахнула, и стремительно поднялась. Тонкий пеньюар, небрежно наброшенный на плечи, слетел от резкого движения. Графиня сама не осознавала, насколько пленительна она в своей девичьей непосредственности – с распущенными волосами, в длинной ночной сорочке из индийского батиста.
- Помогите мне, Камилла! – тихо сказал Рене. И скинул плащ.
Графиня ахнула еще раз – от страха. Подбежала к шевалье, помогла ему дойти до кресла.
- Вы ранены? Серьезно?
Рене кривился от боли.
- Сам не знаю. Камилла, милая, мне больше не к кому обратиться…
Мадам де Буа-Траси решительно взяла с туалетного столика маленький ножик с острым лезвием, и принялась безжалостно кромсать застежку камзола. Крючки отлетали один за другим с молниеносной быстротой.
- Куда? – с достойным уважения хладнокровием спросила графиня между делом. Так, словно ей каждый день приходилось врачевать колотые раны.
- В плечо…
Камилла с той же молчаливой сосредоточенностью взрезала рукав, затем – нижнюю рубашку. Рене отвернулся – у него не было сил смотреть на свою собственную кровь.
Вода, оставшаяся в кувшине от вечернего умывания, пошла на то, чтобы обмыть раненную руку. Боль, до этого притихшая было, вспыхнула с новой силой. Арамис сидел, откинувшись на спинку кресла, и кусал губы. Мокрую губку молодой человек впервые воспринимал как изощренное орудие пытки.
Камилла, закончив экзекуцию, с облегчением вздохнула.
- Просто глубокая царапина, шевалье. Шить не потребуется. Вы потеряли достаточно крови, этим вызвана ваша слабость.
Она присела на подлокотник, и тяжело вздохнула.
- Сейчас перевяжу… Благодарение Мадонне, у меня довольно познаний в медицине, чтобы помочь вам. Как только наложу повязку с мазью, станет легче. Сидите спокойно… - и потом, после паузы, переведя дыхание, прибавила с невыразимой нежностью. – Как вы меня напугали…
- Я прошу прощения за беспокойство…
- У кого? У меня? Да я готова Бога благодарить за то, что вы обратились именно ко мне! – с чувством воскликнула молодая женщина.
- Вы даже не спрашиваете у меня, что случилось?
- Что могло случиться! Вы дрались на дуэли, вас ранили, вы нуждаетесь в моей помощи и в спокойствии – это все, что мне нужно знать!
Арамис пораженно посмотрел на нее. Камилла слабо улыбнулась, потрепала шевалье по волосам и направилась к шкафчику, где хранила разные мази и притирания. Выбрала нужную баночку, секунду помедлила, и вернулась.
Ее ловкие пальчики быстро и легко делали свое дело. Боль вновь утихала, но теперь уже ее убаюкивало целебное средство – всерьез и надолго. Закончив возиться с перевязкой, Камилла ободряюще посмотрела на своего пациента. Щеки ее залил румянец.
- Шевалье, вам придется остаться здесь… Вас ведь разыскивают?
Арамис кивнул утвердительно. И тоже слегка порозовел.
- Давайте я помогу вам переодеться в чистое белье, и потом вы поужинаете. Мне для этого никого не нужно звать, кое-что съедобное найдется прямо здесь.
«Кое-что съедобное» - это был сыр, холодная копченая грудинка с овощами, бисквит и вино.
Мушкетеру пришлось облачиться в халат хозяйки. Невольно улыбаясь, Арамис принялся за еду. Камилла, присев напротив, смотрела на то, как он поглощает пищу.
- Вы совсем меня забыли, неблагодарный мальчишка. Разве я того заслуживаю? Я по-прежнему ваш друг…
- Я ценю это, графиня, - серьезно сказал он. – Именно поэтому я пришел к вам.
- Когда попали в беду. А поделиться радостью? Вы же знаете… - Камилла запнулась на мгновение, а затем быстро, взволнованно продолжила, - что вас всегда ждут в этом доме. И в этой комнате.
- Я не смею злоупотреблять вашим доверием… - опустив глаза, тихо ответил он.
- Просто вы меня не любите! – горько улыбнулась мадам де Буа-Траси. – И еще слишком чисты и наивны, чтобы это скрывать. А я…
Рене наклонился и почтительно поцеловал ее руку.
- Только так? – улыбка Камиллы стала еще более горькой. – Я заслуживаю только этого?
Он встал. Некоторое время постоял неподвижно, глядя в потолок. Камилла этого не видела: она сидела, закрыв глаза, и по ее щекам текли слезы отчаяния и обиды.
- Графиня, я – глупый осел. Простите меня… если можете...

… - Ничего… - шептала она получасом спустя, когда они лежали рядом: рука в руке, щека к щеке. – Ничего, радость моя… мне нужно так немного… не ври, что любишь, просто жалей… мне и того довольно… только не отвергай… я этого не вынесу…
Рене гладил ее по плечу здоровой, правой рукой (раненная, левая вновь противно ныла), и молчал. Двигаться не хотелось, говорить тоже – слишком сильной была сладкая истома, овладевшая каждой клеточкой.
Право, если обманывать кого-то таким способом, то это доставляет массу удовольствия.

URL
Комментарии
2007-07-06 в 16:57 

Таирни
Keep calm & write masterpieces ©
Кк хорошо...
Остальное в умейле:)

     

Хроники позапрошлого лета

главная